Сегодня уже трудно представить, насколько плохим было громадное количество французского вина еще в 1970-х гг. Для большей части страны оно было не чем-то увлекательным или необычным, а просто напитком, которым запивали еду. За обедом, за ужином, а во многих сельских и промышленных областях – и за завтраком, и по пути на работу. Необходимыми условиями были дешевизна, некоторая алкогольная крепость (чтобы получить немного энергии и поднять дух) и польза для пищеварения. Вкусовые качества входили в уравнение постольку поскольку, потому что и существовали постольку поскольку.
И вряд ли у вин были свои названия – разве что у какого-нибудь вычурного брэнда, придуманного виноторговцем, понятия не имеющим ни откуда вино, ни из какого винограда оно сделано. Французы называли такое вино pinard, onze degres или gros rouge. Pinard прилично не переводится (Разговорное слово, означает ординарное вино. – Ред.), onze degres означает «одиннадцать градусов» (столько в нем было спирта), a gros rouge – это просто «большое красное», или «грубое красное»; названия явно не звучат как комплимент. Вся Франция вносила свой вклад в это безликое море вина, но наиболее энергично, несомненно, юг Франции, т.е. четыре департамента: Гар, Эро, Од и Восточные Пиренеи (Gard, Herault, Aude и Pyrenees-Orientales), т.е. Лангедок-Руссильон. Эта область почти непрерывно процветала с тех пор, как промышленный переворот 1820-х гг. создал миллионное трудящееся население с большой жаждой и малой разборчивостью. В 1950-х гг. они все еще в огромных количествах пили pinard. Среднее годовое потребление вина составляло около 170 л на душу населения.